Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

Индо_Китай, уф-ф, горячо, может сбутанировать!

Оригинал взят у psyont в Индо_Китай, уф-ф, горячо, может сбутанировать!
Оригинал взят у mamlas в Индо_Китай, уф-ф, горячо, может сбутанировать!
Ещё Индия-Китай сегодня

Китай и Индия на грани войны
Два члена БРИКС и ШОС вошли в резкое противостояние, США потирают руки... / Геополитика

Уходя в свое время из Южной Азии, европейские колонизаторы постарались таким образом нарезать рубежи, чтобы надолго столкнуть лбами страны региона. ©



___

Отношения между Индией и Китаем с тех пор теплыми не назовешь. А сливки с этого конфликта снимают Соединенные Штаты.

Когда-то Лондон разделил свои колонии на Индостане и вокруг него на две большие части – собственно индийскую и мусульманскую, при этом весьма расплывчато и без учета местных традиций установив границы между ними самими и их ближайшими соседями. Индия оказалась соединена со своими восточными штатами, не имеющими выхода к морю, узеньким коридором Силигури между территорией Непала, Бангладеш и Бутана. А значительная часть кордона с Пакистаном и почти вся граница с Китаем у нее стала спорной территорией. Более того, так и не установлена до конца «линия разделения» между КНР и Бутаном – самым близким и верным союзником Индии в регионе. Сегодня же клубок бутано-китайских противоречий крайне обострился и вполне может вылиться в военный конфликт.

Collapse )

Товарищ штабс-капитан Красно-белой Армии (быль, Китай, 1933 г.)

Оригинал взят у slavikap в Товарищ штабс-капитан Красно-белой Армии (быль, Китай, 1933 г.)
Оригинал взят у leon_rumata в Товарищ штабс-капитан Красно-белой Армии (быль, Китай, 1933 г.)
Оригинал взят у p_chuchundrin в Стойкая, пропитанная водкой когорта

В начале 30-х годов на северо-западе Китая случилась драма, достойная пера не то Шекспира не то Майн Рида. Клубок политических интриг вовлек Красную армию, Белую гвардию, неблагородных разбойников, порочных чиновников, борцов за мировой ислам, борцов за мировую революцию, армию косплееров и в качестве вишенки на торте товарища по имени Фу Дзи Хуй, которого большинство из вас наверняка знает. Но по порядку.
Collapse )

Остров Даманский: взгляд через советский прицел

В продолжение темы конфликта на острове Даманском, еще одна статья.

PDFПечатьE-mail




Автор: Виталий Бубенин, генерал-лейтенант  
26.07.2012 19:26

Во время событий на Даманском автор этого материала, ветеран пограничной службы, Герой Советского Союза генерал-лейтенант Виталий Бубенин был лейтенантом, затем стоял у истоков формирования группы «Альфа»*.

* По материалам газеты «Известия»

До событий на Даманском в течение года ожесточенные рукопашные схватки между пограничниками заставы Сопки Кулебякинские, которой я командовал в то время, и хунвейбинами были делом почти обыденным. В этих ледовых боях мои бойцы — рослые сибиряки с кулаками молотобойцев — выходили безусловными победителями. Потом из Северного Китая были подтянуты резервы — и на каждого сибиряка стали наваливаться по нескольку человек. Китайцы вооружались баграми, кольями и палками с вбитыми в них гвоздями. Бронежилетов тогда еще не было — от гвоздей спасали толстенные зимние полушубки. Потом мы поняли, что традиционным способом много не навоюем — выстругали рогатины и обзавелись булавами на манер богатырских. «Китаец — он чай не крепче медведя будет», — говорили мои сибиряки. В первом же бою это оружие показало себя самым лучшим образом: общую толпу стопорили рогатинами, а прорвавшихся глушили булавами. Оружие приобрело бешеную популярность на всех близлежащих заставах.

Начальники самых «упертых» застав — Иван Стрельников и я — были объявлены «ревизионистами». В поселках Северного Китая нас знала последняя собака — портреты с нашими фотографиями висели там на всех заборах. За «ревизионистами» во время побоищ развернулась самая настоящая охота. Однажды во время схватки китайцы по ошибке затащили в кузов машины другого офицера. Увидев, что обознались, они вышвырнули его за борт и снова ринулись в толпу дерущихся — в поисках нужной добычи.

Цель всех этих акций была одна — спровоцировать нас на открытие огня. Но все их усилия результата не приносили. Мы по-прежнему с ожесточением волтузили друг друга на снегу, но автоматы висели у нас за спиной. Однажды прибывший на заставу молодой боец не выдержал, когда вокруг его шеи закрутили ремень автомата и поволокли его к машине, он засадил длинную очередь по колесам. Китайцы быстро запрыгнули в машину и уехали на ободах, но инцидент тогда огласки не получил.

Потом китайцы стали выходить на лед с карабинами. Потом к карабинам примкнули штыки. Но и мы успели примкнуть к автоматам штык-ножи и ответили встречной «штыковой». Потом в патронниках китайских карабинов появились патроны. Ситуация накалялась с каждым днем.

Самое знаменитое побоище, в котором приняло участие свыше тысячи человек, состоялось в январе 1968 года. Свыше восьмисот хунвэйбинов приехали на свой берег на колонне грузовиков. Гремела музыка, ораторы надрывались, толпа ревела. Раздали багры и палки с гвоздями. «Товарищ командир, они решили идти до конца», — сказал мне переводчик-кореец. Противостояли китайцам от силы три сотни зеленых фуражек — к нам успела подойти мотоманевренная группа. Через полчаса рукопашного боя я понял, что чаша весов медленно, но верно склоняется на сторону противника. Надо было спасать ситуацию. Подбежав к БТР, я приказал механику рассечь толпу. «Там же люди», — глянул на меня водитель. «А ты не смотри — двигай рычагами, и все». Запрыгнув на броню, я закрыл гуманисту смотровые щели и стал командовать: «право», «влево»… Когда мы развернулись, я увидел, что на снегу остались лежать четыре китайца. Остальные, не дожидаясь продолжения, бросились на другой берег.

На следующий день состоялись пышные похороны. Гробы у них были шикарные — как сейчас помню. А информационное агентство «Синьхуа» твердило мою фамилию…

А потом был Даманский. Китайский батальон — ориентировочно четыреста человек — прибыл на остров скрытно, ночью. Каждый тщательно замаскировался — все были засыпаны снегом. Первой на остров прибыла группа бойцов Стрельникова — моего товарища по соседней заставе. Китайцы расстреляли их в упор. Мы были только на подходе. Растянулись в цепь и двинулись к острову. И тут же попали под шквальный огонь. Свой боезапас расстреляли быстро — тогда пограничникам полагалось всего по два магазина. Стали отходить. С китайского берега били минометы, отрезая дорогу к берегу. Я не мог пошевелиться — меня обрабатывал снайпер в паре с пулеметчиком, не давая поднять голову. Полушубок на спине ходил ходуном — пули распускали его на лоскуты. Помог случай — мина легла совсем рядом, меня взрывной волной выбросило из укрытия и швырнуло под березу. А срубленная пулеметной очередью береза аккуратно легла передо мной, на какое-то время спрятав от китайцев. Тогда я получил первую контузию. Весь дальнейший бой я вел на подсознании, находясь в каком-то ином мире. Выбравшись на берег и сев в БТР, мы с бойцами зашли к противнику в тыл. Перед машиной ошарашенные китайцы вставали из-под снега один за другим. Только тогда мы поняли, сколько их пришло по наши души… Два с лишним часа боя мы так и кружили вокруг их позиций, давя и расстреливая. Когда после очередного круга мы выбрались на другой берег, выяснилось, что на ногах из всей заставы осталось четверо. Мы отправили убитых и раненых на заставу, молча обнялись, немного постояли и пошли обратно, в сторону острова. Каждый понимал, что из этого боя он уже не вернется.

А потом подошли свои. С нашего берега ударила артиллерия. Китайский батальон был деморализован и смят. Всего в том бою, по официальным данным, полегло свыше двухсот китайцев. По мнению военспецов, аналогов такого боя не было даже в истории Великой Отечественной. Трое — Иван Стрельников, сержант Юра Бабанский и я — получили звание Героя. Иван — посмертно. Десятерым дали ордена Красного Знамени. Остальным — ордена Красной Звезды и другие награды.